Александр Вержбицкий: «Я задал вопрос президенту России: почему бы не провести Госсовет по таможенному администрированию?»

Версия для печати Версия для печати
    0
15 февраля 13:08 Действующие лица
Александр Вержбицкий: «Я задал вопрос президенту России: почему бы не провести Госсовет по таможенному администрированию?»

Постоянный автор «Брянск.Ньюс», генеральный директор компании «БрянскИнтерТранс» и таможенный брокер с 23-летним стажем Александр Вержбицкий  воспользовался возможностью и в канун большой пресс-конференции президента России Владимира Путина, совмещённой с элементами «прямой линии», задал вопрос главе государства по самой животрепещущей для всех участников внешнеэкономической деятельности (ВЭД) теме.

— Я действительно задал вопрос, вернее, попросил задать этот вопрос, и я знаю, что он был задан — не знаю только, поставили его на контроль или нет. Должны были поставить —  правила едины.

Звучит он так: «Уважаемый Владимир Владимирович!

ФТС РФ в настоящее время является одним из основных поставщиков средств в бюджет страны. В своих обращениях и выступлениях вы требуете от таможенного ведомства снятия нагрузки на бизнес, его поддержки, неукоснительного соблюдения закона, а главное – упрощения, ускорения, улучшения, удешевления таможенного администрирования, чтобы оно строилось в конструктивном ключе и взаимном уважении.

В настоящее время к большому к сожалению для бизнеса дела таможни существенно расходятся с вашими словами. Налицо необоснованное и неправовое давление на участников ВЭД, приводящее к резкому увеличению издержек для бизнеса в этот сложный период для нашей экономики. Делается это под прикрытием «плана поступления в бюджет через систему СУР». А устроенный таможней летом скоропалительный перенос таможенного оформления в ЦЭДы оказался неподготовленным как программно (несмотря на астрономические суммы, выделенные ФТС на цифровизацию), так и технически – из-за нехватки в ведомстве квалифицированных профессионалов. Ни о каких  упрощении, прозрачности, предсказуемости для бизнеса речь не идёт. Таможня из локомотива экономики превратилась в тормоз, в ведомство, специализирующееся на унижении участников ВЭД.

Вопрос: дойдут ли руки у государства до ревизии в ФТС РФ и будет ли проведено совместно с участниками рынка заседание Госсовета по таможенной политике либо аналогичный представительный форум (обязательно с участием представителей бизнеса), чтобы на нём было озвучено реальное положений дел в таможенном администрировании и намечены пути выхода из создавшейся ситуации?»

— В вопросе есть очень сильное выражение — «унижение участников ВЭД». Это действительно так?

— Именно. Введённая летом очередная схема реорганизации таможенного администрирования через ЦЭД не сработала. Прошло уже восемь месяцев, а пациент, как говорится, скорее мёртв, чем жив. Бизнес, ради декларируемого удобства которого всё это затевалось, терпит очередные нарушения закона сотрудников ФТС РФ по отношению к нему и — многомиллионные  убытки.

Причина убытков перечислять можно долго — нестабильность и многочисленные срывы в работе программ, разработанных и внедренных ФТС РФ, нарушения сроков принятие решений, выпуска ЭДТ, необоснованность продления сроков выпуска,  при назначения и проведения дополнительных проверок, корректировки таможенной стоимости, немотивированное необоснованное  перераспределение деклараций между ЦЭДами. Весь этот набор стал обыденностью работы ЦЭДов, распиаренных  ФТС. А постконтроль, на который рассчитывал бизнес, скатился, как говорится в известном анекдоте — «ну, киса, ну ещё сто грамм». Проще говоря, обещанный обоснованный контроль, основанный  на анализе, знаниях и профессионализме сотрудников таможни, превратился  в банальное выжимание последних соков.

— Например?

— Вся история с таможенным администрированием в 2020 году — это демонстративное неуважение российских законов. Судите сами: сначала издано в обход дейсмтвующего законодательства распоряжение № 228-р от 29 июня 2020 года

— Именно в обход?

— Да. Это распоряжение, по моему мнению, содержит нормативные предписания, рассчитанное на многократное применение. т.е. по сути данное распоряжение является нормативным правовым актом. Но оно не прошло в установленным порядке государственную регистрацию в Минюсте РФ!

— И этому есть доказательства?

— Есть, например, ответ Минюста на поручение  премьер-министра Михаила Мишустина, сформулированное в ответ на жалобы бизнеса за №01-85399/20 от 29.07.2020 года где есть и  ссылка на постановление №1009 от 13.08.1997 п. 2 правил. Там чётко прописано «…что распоряжение ФТС РФ №228-р в адрес Министерства юстиции Российской Федерации для проведения правовой экспертизы не поступало».  Оно, конечно, не поступало, но действует в обязательном порядке для всех участников ВЭД — и применяется для действий сотрудников ФТС РФ на всей территории России. Применяется в обход мнения бизнес-собщества и действующего законодательства — постановления правительства №1071 от 20.10.2012 года, ст. 109 п.1 ТК ЕЭС, ст. 4 ФЗ-289, приказа ФТС РФ №965. В очередной раз руководство ФТС, прикрываемое  Минфином, перешагнуло  через  российский бизнес и закон.

Есть такое выражение «Как вы яхту назовёте, так она и поплывёт». Очень подходит к данной ситуации. После такого начала от работы укрупнённых ЦЭДов соблюдения законов ждать было наивно.  Многие участники ВЭД, которых заставили экспериментом перенести оформление своих товаров в ЦЭДы столкнулись с систематическими сбоями программного обеспечения, нарушением сроков принятие ЭДТ, сроков, принятия решений, сроков продлении выпуска ЭДТ, сроков выпуска ЭДТ… Да что говорить —  контракты, которые не один год в течение суток оформлялись участниками ВЭД в других таможенных органах, по которым принимались заявленные таможенные стоимости, проводились дополнительные проверки, которые подтверждали таможенную стоимость, а в ряде случаев  (например, летом 2016 года) подтверждали по служебным запискам ЦТУ РФ, которые решением судов РФ были признаны, подверглись необоснованным дополнительным проверкам заявленной стоимости обеспечениям по суммам, сопоставимым с экономическими диверсиями по отношению к этим компаниям — и, дальнейшим корректировкам.

И вот очередная диверсия — она наступила с 1 февраля и называется «диспетчеризация». По моему мнению, эта таможенная новация уже за гранью понимания как российских законов РФ, так и здравого смысла. Это, можно сказать, «контрольный выстрел в голову» участникам ВЭД.

Теперь участник ВЭД , полностью лишён права выбора таможенного органа, для подачи ЭДТ с учётом маршрутов доставки товара региона ведения бизнеса да и просто удобства оформления — это право дано ему законом .Теперь участник ВЭД   стал «рабом» монопольных безальтернативных решений таможенных органов. Уже в нарушение проекта приказа Минфина ЭДТ на товары, размещённые и доставленные на поста фактического контроля в зоне деятельности закрепленных за ними ЦЭДов, могут «улетать» на регистрацию  без учета времени работы этих постов, мест нахождения товаров, мест оформления, мер, отработанных по ранее оформленным контрактам, проведённых ранее проверок и сроков оформление контрактов, в другие региональные ЦЭДы. А тамошние инспектора не хотят ни думать, ни анализировать, ни работать с новыми контрактами, которые они ранее никогда в глаза не видели, ЭДТ просто отказывают к приёму, а на принятые — отрабатывают по полной и досмотры, и доппроверки. Чем это оборачивается? Правильно, новыми значительными финансовыми убытками для бизнеса. Руководство ФТС РФ не собирается думать, как объяснить правила оформление таких ЭДТ и выстраивать работу с начальниками постов — а без разъяснений сверху ни один начальник не возьмёт на себя ответственность снять меры минимизации на новые контракты,  поданные у него на посту.

В общем, все разговоры про помощь, упрощение, непредвзятость, предсказуемость,  ускорение оформления для бизнеса, искоренение коррупции в таможенных органах, прозрачность и единообразие принятия решений — это всё осталось на уровне просто разговоров.

— Почему?

— Потому что концентрация оформления всех ЭДТ всего в нескольких ЦЭДах в позволило сотрудникам ФТС РФ  через обеспечение корректировки увеличить поступления в бюджет — и постараться догнать собственные провальные проценты выполнения плана за 2020 год. А поставив себе на службу «диспечеризацию» — пополнять его так и в дальнейшем.

Я всегда с опаской отношусь к любым «таможенным экспериментам» — очень хорошо помню сложные периоды становления  ФТС РФ, начиная с 1997 года. Я видел, как и в какую сторону менялось таможенное администрирование. Я могу сказать — к сожалению, не всегда в лучшую сторону. Благими намерениями выложена дорога в ад.

Я считаю, что государство в результате всех этих «экспериментов» утрачивает монополию на качественный таможенный контроль и не замечает, что происходит «скрытая приватизация» ФТС РФ. Например, государство не заметило, когда ведомство превратилось в организацию, систематически нарушающую законы в угоду интересам ряда чиновников, пытающихся усидеть в своих креслах и отвечающих за пополнение бюджета в финансово-экономическом блоке правительства. А ведь таможенное администрирование призвано соблюдать баланс интересов государства и бизнеса.

Именно этими чиновниками считаю пролоббировано переформатирование концепции СУР, не отвечающее современным требованиям бизнеса и развития экономики —  перевод и концентрация оформления в ЦЭД, «диспетчеризация»  а это на сегодня точно далеко от упрощения, ускорения, предсказуемости и необременительности. Укрепилась система плановых поступлений в бюджет, выявления плановых нарушений, поточного возбуждения дел и наложения штрафов  —  всё это прикрывается государственными интересами пополнения бюджета.

С помощью таких  мер таможенного контроля этим чиновникам удаётся выглядеть чуть ли не спасителями нашей экономики — ведь они неукоснительно  стараются выполнить спущенные ФТС РФ планы. Фактически благодаря им фундаментально изменены основы администрирования — нет больше соблюдения экономических интересов самого государства, непредвзятости, предсказуемости, выборочности, ускорения, упрощение, необременительности. Зато налицо рост серых схем. И отток бизнеса в серые схемы благодаря такому таможенному администрирования интересам государства не способствует. А ведь государство поставило перед таможней в качестве основной цели сбор средств в бюджет, тем самым расписываясь в провале экономического развития страны, а главное — т.н. импортзамещения.

— Именно импортозамещения?

— Таможня даёт более трети  поступлений в бюджет, внутри которых более 70% —  импортные операции. Они обеспечивают поступление в бюджет, которого странным образом все время не хватает то на социалку, то на развитие промышленности. Это и определяет характер мер таможенного администрирования. Усилия ведомства направлены не на упрощение и ускорение таможенного оформления, а, как я и раньше говорил,  на выбивание денег из участников ВЭД. Любым способом — путём корректировки таможенной стоимости, затягивания оформления и прочих мер.

Сейчас это всё упростили и свели в ЦЭДы, где проще контролировать не качество администрирования, законность, обоснованность, единообразия принятия решений — на это все закрывают глаза,—  а на усиление собираемости денег с участников ВЭД через допроверки и корректировки. Теперь добавили «диспетчеризацию». Проще заставить одного нарушать закон, пообещав продвижение по службе,  чем контролировать и принуждать, заставлять нарушать закон разнообразные таможни и их посты, ранее производившие таможенное оформление. Всё это, конечно, под рассказы про  коррупцию на них и навешивание всех собак на выпускающих  инспекторов.

— Сказки?!

— Конечно. Для людей, не связанных с таможенным оформлением и этой сферой, всё, сказанное из телевизора, выглядит правдоподобно. Но на самом деле все обстоит совсем иначе.  Деградация таможенных органов идёт давно — из органов выдавлены уважаемые честные порядочные профессионалы. Достойной замены им, к сожалению, не нашлось . Для чего всё это сделано — мне трудно сказать. Есть только общее ощущение, что идёт планомерный  развал таможенных органов РФ, приводящий к её деградации.

— Не сильно ли сказано?

— Нет. Если бы эксперимент, аналогичный эксперименту с ЦЭДами, и та же «диспетчеризация» были бы осуществлены  представителями бизнеса, то их уже бы давно закрыли — пример с приграничным оформлением — и везде бы «тыкали» бизнесу, говорили что эксперименты провальные и неудачные. Но в ситуации, когда эксперимент  инициирован руководством ФТС, и Минфина так поступить нельзя. Обязательно нужно будет найти крайнего, на которого можно свалить и «освоение» многомиллиардных выделений из бюджета на цифровизацию, и провал самого эксперимента по упразднению и закрытию постов оформления. Плюс — свалить на кого-то создание угрозы  заражение COVID-19  сотрудников таможенных органов . Явно ни руководство Минфина,  ни ФТС РФ себя в этой роли видеть не хотят.

Я всегда сам был за всё лучшее — что упрощает и ускоряет процесс оформления и предварительное информирование. За электронику, удалёнку и ЕЛС я двумя руками «за».

Беда в том, что все таможенные «эксперименты» основаны на решениях «диванных» специалистов — они далеки от реальных процессов на постах оформления и в управлениях ФТС РФ. Поэтому и реализация их «благих» намерений не идёт, как планировалось, а тормозится и заставляет участников ВЭД, несущих от таких экспериментах одни убытки,  удивляться и накапливать негатив по отношению к руководству страны. А руководство, в свою очередь, отгороженное Минфином и ФТС, к сожалению, не слышит и не обращает внимания на мнение участников ВЭД, «работающих на земле».

Если бы нас слышали, то обратили бы внимание на то, на что указывает бизнес — на таможенные органы взвалено много не их функционала. Запретами, ограничениями, валютным контролем должны заниматься другие госорганы по их непосредственному функционалу. От таможенных же органов к ним должны в автоматическом режиме приходить все необходимые данные для осуществления контроля — и это не должно препятствовать выпуску товаров.

Много вопросов и к правоохранительной деятельности таможенных органов: нужно повышать порог для возбуждений административных дел и упрощать их санкции до  штрафов участникам ВЭД прямо на месте в рамках выпуска ЭДТ. Это снизит коррупционные составляющие в правоохранительной деятельности ФТС РФ, а участников ВЭД освободит от страха задержки выпуска товара на неопределённое время за лишнюю коробку или четыре килограмма перевеса. Когда ты знаешь, что закон позволяет решить всё оперативно на месте — никто и никогда бы не стал искать «альтернативные» пути решения. НО, к сожалению, таможня поступает наоборот —делает всё, чтобы усложнить жизнь участникам ВЭД, в том числе и с штрафами, которые выписываются таможней парой в нарушение законодательства. Я считаю что разделение таможенных органов на «таможни выявления», «таможни оформления паспортов задолженности», «таможни взыскания» сделано не для упрощения жизни участникам ВЭД, а исключительно для усложнения блокировки незаконных решений по выставленным штрафам путём обеспечительных мер.

И если бы нас слышали, то также наверное, поняли бы, что лозунги «разорвать связь между инспектором и декларантом» (на этой связи, как говорят диванные эксперты, строится коррупция  в ФТС) — всего лишь отговорка людей, пытающихся скрыть реальные масштабы коррупции и её пути в ФТС. Понимал это и не скрывал это пока только Герман Греф, когда возглавлял Минэкономразвития. Он разобрался и в «компетенции принятия таможенной стоимости», и в «местах оформления», и в «сетках» — имеено он практичски отменил всю порочную систему. Однако никто не захотел упускать золотую жилу — после ухода г-на Грефа сразу была перенастроена СУР.

— Система СУР это?..

— СУР — это система управлением рисками. Она внутренняя, разрабатывается и управляется ФТС РФ и утверждается приказом, который опеределяет её, как «…действия должностных лиц таможенных органов при реализации системы управления рисками».

Правда даже тут руководство ФТС РФ пренебрегло законом, как и с распоряжением №228-р — перешагнуло через решение суда и спрятало его в документы ДСП под номером №28-р…

Говорить, что разрыв связи декларанта с инспекторам рушит коррупцию в ФТС, как минимуму, некорректно —  тем самым вы унижаете собственных инспекторов, которые уже лет десять не могут быть вовлечены ни в какие коррупционные схемы за счёт той же системы СУР, классификатора мер минимизации, выявляющимися специальными программными средствами и на основе случайных чисел, где инспектор лишен возможности единоличного принятия решения по ним.

В идеале инспектор — аналитик, думающий, знающий закон и выстраивающий таможенный контроль поданной ЭДТ на основании закона, ориентации на СУР, опыта, знаний, умения прочтения контрактов, знакомства с ранее оформленным контрактом, знания ранее представленных документов к нему, слабых сторон контракта, его истории, возможности быстрой связи с декларантом или «бегунком» для прояснения ситуации и нахождении того или иного документа в многочисленных документов предоставленных в декларации, требующегося для таможенного контроля, доводящий декларации до выпуска или передачи отработанной минимизации в другую смену. Чтобы новый инспектор, доверяющий коллеге,  не возвращался в начало декларации, начальники постов строили работу поста с функциональными отделами и СВХ на уважении к участнику ВЭД, чтобы снять с них реальную нагрузку и бессмысленное обременение по согласованиям — как складывался выпуск ранее на рабочих постах оформления.

Теперь инспектор никакого решения самостоятельно не может принимать — он превратился в оператора машинного доения: красным останавливаем выпуск, отрабатываем меры обеспечение, корректировка, зелёных выпускаем. У инспектора нет просто реально времени все проанализировать, его просто загнали в такие рамки работы.

Эта концепция, которой пытаются рушить таможенный контроль. Система СУР превращает инспектора в робота-исполнителя, а не аналитика, думающего и знающего свою работу.

— Может быть, так и правильно?

— Многие так и скажут: ну и что, и правильно — зелёным, значит, автоматически всё проверено, рисков не выявлено, что там думать, выпускай и спи спокойно, а вот красным — раз загорелось, значит ,есть риски нарушений. Вроде логично, если бы не было одного большого НО — нет истории составления самого риска и его «индикатора».  Никто не знает, кто этим занимается — какие экономисты, специалисты из других отраслей, на основании чего, какого анализа, каких и кем предоставленных документов, информации — всё засекречено. И тут вопрос: а как тогда можно выстраивать систему таможенного контроля? На основании фиктивной-недостоверной-произвольной-неподтвержденный никем информации? А может, эта система внедрена специально, чтобы скрывать таможенные нарушения? Крышевать их, помогать уклоняться от уплаты таможенных платежей, за счет этой системы разваливать экономику нашей страны, убивая мелкий и средний бизнес?

У меня лично нет уверенности, что за этой системой не может, скрывается крышевание серых схем оформления, вывод денег из страны, поддержки рынка чёрного нала. Система СУР вывела коррупционные тенденции в ФТС на более высокий уровень.

— Примеры?

— Есть и они. Кто-то разбирался в участии ФТС РФ в установление рыночных цен  и  ценовой базы ФТС РФ по овощам, фруктам, цветам, товарам лёгкой промышленности и на другие товары, обложенные «рисками»? Минпромторг, Минэкономразвитие или Минсельхоз действительно не знают отпускные цены этих товаров в различных странах, которые мы назывпем нашими партнёрами? Могут ответить, где и как оседает разница между закупкой товара, его оформления в риск и вывода в торговый  оборот? Или министерства ждут, когда президент опять задаст вопрос, а почему это цены так выросли?

Странным образом за это время мы не услышали  от руководства ФТС РФ ответа, кто отключал или дал распоряжение обойти систему СУР в СЗТУ в аэропорту Екатеринбурга порту Владивостока, где под товарами прикрытия государство потеряло сотни миллиардов недополученных платежей в бюджет. Или почему система не работает при транзите через нашу страну в Белоруссию товаров из Китая. Почему руководство ФТС РФ не выходит ни на правительство, ни на президента, чтобы остановить переток оформления — и соответственно, уклонение от уплаты таможенных платежей — через Белоруссию и Казахстан? Как это признать? Проще, прикрываясь системой СУР, пополнять бюджет и показывать видимость бурной деятельности по его пополнению.

Суть в том, что при этом страдают законопослушные и честные участники ВЭД. И никакая подписанная ими хартия ни на что уже не влияет. У меня всегда возникал вопрос: как ФТС РФ, по факту являясь систематическим нарушителем закона, имеет право категорировать участников ВЭД по уровню риска? Возьмём таможенную стоимость — закон и таможенная стоимость совершенно несовместимые для ФТС понятия. Мы скатились в лихие 90-е — нет законов, а есть «междустрочность» их исполнения. Таможенная стоимость стала инструментом незаконного пополнения бюджета.

Бизнес говорит об этом давно просит обратить внимание, но руководство страны молчит, а зря — недовольство участников ВЭД только растёт, ситуация накаляется, как в скороварке. Пока клапан работает, пар спускается через всевозможные ассоциации, палаты и другие органы. А что будет, если он не сработает? Ведь не могут участники ВЭД быть дойными коровами для пополнения бюджета. Его всё время не хватает — но он странным  образом «осваивается». Бизнесмен не альтруист и не может работать в убыток,   когда у него на прямые контракты выставляют обеспечение  на 40-80% выше платежей, установленных законом. А после «диспетчеризации» риски таможенного оформления не могут быть просчитаны вообще! Предприниматель не готов к такому, он не может выстроить бизнес, логистику, договорные отношения с контрагентами, для него становится непредсказуемым поведение ФТС РФ. Особенно это касается структур, относящихся к малому и среднему бизнесу — у них просто нет физически такой финансовой подушки. Владельцу такого бизнеса проще его официально закрыть и уйти в «серую зону». Либо просто закрыть, пополняя отряд безработных. Это всё влияет на развитие  экономики  страны в целом. О каких прорывах можно говорить в этой ситуации?!

— Сотрудники — особенно рядовые сотрудники таможни — с вами гарантированно не согласны…

— Я думаю, рядовые понимают, что происходят, и согласны, а вот многие руководители, возмутятся — мол, мы действуем по закону, у нас есть право на таможенный контроль, мы имеем право запросить документы и т.д. Соглашусь — да, имеете, но опять большое НО… Право, делегированное вам государством, не означает вседозволенность в стиле «к власти прикоснувшийся властью себя возомнил». Вы посмотрите на уровень ваших доппроверок, на обоснования выявленных признаков, на  обоснованность запрошенных документов, на пояснения для их предоставления и на что они могут влиять в оцениваемой вами сделке… По большей части запрашиваются документы, которые уже находятся и предоставлены в описях и внесены в 44 гр ЭДТ, нам ставят по три-четыре одинаковых вопроса, совершенно не думая, как будет отвечать участник ВЭД, задаются вопросы, которые даже не вытекают из  оцениваемой сделки и не могли быть к ней никак привязаны, в заключении пишут при полном отсутствии несоответствий в документах, что в документах есть несоответствия, но не указываются, какие, в доппроверках находят обстоятельства оцениваемых сделок, которых даже нет в рассматриваемых сделках, проверки продлеваются даже без запроса документов, а когда их запрашивают, то это опять документы, которые УЖЕ ЕСТЬ — в ЭДТ, в базе.

Хотя есть п.4 5 ст 325 ТК ТС, Решение Коллегии ЕЭК №42 Положение ,п 3,5. Есть приказ ФТС РФ №1627 гл V п. 16-17. Даже мера минимизации 615  предписывает запрашивать документы «…в случае отсутствия». При этом нет ни одной меры минимизации в классификаторе типа «дополнительная проверка заявленной таможенной стоимости» — действий этих нет ни в одном  «порядке выявления рисков, содержащихся в профилях рисков, и применения мер по минимизации». Нигде нет прямого указания на проведение дополнительной проверки таможенной стоимости при проведении таможенного контроля с использованием СУР (постановление ВАС РФ № 49 п.10). Вам лень указывать номера ЭДТ на якобы имеющейся у вас  информацию на идентичные однородные  товары (приказ ФТС РФ №1627 гл IV)  ввозимые по более высокой стоимости в сопоставимый период,  которых скорее в природе и нет, так как сами базы закрыты и необщедоступны. В обоснование дополнительной проверки предоставляют недействительную либо недостоверную информацию — и этим обосновываете дополнительную проверку, подвергнув участника ВЭД  издержкам. А издержки —  необоснованное продление срока выпуска, штрафные санкции за простой транспорта, срыв контрактных обязательств, вывод из финансового оборота компании значительных финансовых средств. И никто не несёт за это никакой ответственности!

Ладно, не уважаете вы себя, свою работу, свои знания — зачем вы унижаете участника ВЭД, который перед каждой поставкой собирает и предоставляет все установленные законом документы, старается их с каждым днем собрать все больше и больше, чтобы обезопасить себя и свой бизнес?

— То есть крайним всегда оказывается участник ВЭД?

— Да. Система СУР и  таможенная стоимость стали разменными монетами между пополнением бюджета и развитием бизнеса участников ВЭД. А развитие бизнеса участников ВЭД — это в целом развитие экономики страны. Плохо, когда систему для  выявления и предотвращения  таможенных правонарушений используют в целях скорее сокрытия нарушений, прикрываясь пополнением бюджета как достижением.

Нельзя не затронуть вопрос постконтроля. То, что сейчас творится по вынесенным решениям на проверки по дополнительным начислением транспортных расходов к цене сделки, можно смело называть правовой анархией. Таможня считает, что в графу 17 ДТС-1 необходимо включать стоимость транспортных расходов не до границы, а до места доставки груза внутри Российской Федерации — так как экспедитор не имеет права производить разбивку данных расходов и не имеет права разбивать свою прибыль до и после границы. Теперь на основании таких решений, без ссылок на действующие тарифы на перевозки, насчитаны многомиллионные дополнительные начисления —  и они ставят под угрозу деятельность, как самих декларантов, так и таможенных представителей. А рынок экспедиторских услуг ставится сотрудниками ФТС РФ вне закона. А ведь экспедитор действует на основании закона — он законом наделён правом выписывать документы для таможенных целей.

Все обращения бизнеса на незаконность данных решений остались без внимания — ряд арбитражных судов, не вникая в суть проблемы, проверки обоснованности тарифов, встал на сторону ФТС РФ и только за восемь дней до Нового года бизнес выдохнул. Нашлись все-таки судьи Верховного суда, которые наконец-то задумались, что происходит, приостановили «штамповку» административных дел и приняли ряд совершенно, на мой взгляд, правильных формулировок: «понятие расходы на перевозку имеют автономное значение… число привлеченных… и иные подобные обстоятельства юридического значения для целей таможенной оценки не имеют», « таможенное законодательство не содержит заранее установленного (ограниченного) перечня документов,.. для целее подтверждения..п.п. 2  п. 2 ст 40 ТК ТС», «.. поэтому соблюдение условий для вычета.. может подтверждаться различными доказательствами в зависимости от …..»,  «… это не означает, что таможенная стоимость может быть определяться первым методом… без какого-либо исключения из нее стоимости перевозки….иной подход ..приводил к произвольному…определению таможенной стоимости …. что не отвечает п. 9 и 11 ст. 38 ТК». Теперь у бизнеса появился шанс доказать свою правоту — истинность заявленных транспортных расходов, если они достоверны и количественно определены. А сотрудникам постконтроля и арбитражных судов, их подержавших, стоит задуматься — как и на основании чего они выносили такие решения.

У меня в связи с этим  также есть вопросы к руководству ФТС РФ и Минфина — если  нарушители выявлены и выявляются такими решениями, то кто привлечён или будет привлечён к ответственности из сотрудников ФТС РФ и Минфина по итогам трёхлетнего «межведомственного контроля»? Ведь ФТС РФ и Минфин на протяжении многих лет принимали таможенную стоимость, давали разъяснения и позволяли уходить от уплаты таможенных платежей «непорядочным»  участникам ВЭД ,которые нанесли многомилиардный  ущерб экономики нашей страны

Самый большой успех ФТС РФ в том, что таможня сумела разделить нас, участников ВЭД, таможенных представителей. Раздробила нас на «своих» и «чужих». Снизила авторитет института таможенного представителя. Мы стали выживать сами по себе — кто сможет выкарабкаться, тот идёт дальше, кто не смог — закрылся. Мы не можем выработать  единую позицию по отношению к незаконным действиям ФТС и совместно выстраивать линию защиты.

На все обращения к руководству страны мы получаем бюрократические отписки из ФТС РФ, Минфина, Генпрокуратуры,  Конечно, есть много ассоциаций в поддержку защиту бизнеса, есть даже «большая четверка» — но все они больше похожи на «клапан, чтобы крышу не сорвало». Я многих членов этих ассоциаций знаю — они очень образованные и порядочные люди. Многие — действительно профессионалы. Но проблема в том, что они представляют в большинстве людей старой дипломатической школы — практически уровня г-на Лаврова, которого я безмерно уважаю. Для общения с ФТС РФ «старая школа» не подходит — нужны воины, борцы за отстаивание интересов участников ВЭД.

— Почему?

— Потому что ФТС РФ по моему мнению объявила войну законопослушным участникам ВЭД. Эта война уже идёт, и с каждым днём ситуация в таможенным администрировании становится на мой взгляд только хуже, и не на какое завтра участник ВЭД уже не надеется ему бы выжить сегодня…

#bryakingnews



Обсуждение ( 0 комментариев )

Читайте также